понедельник, 14 сентября 2015 г.

У меня войны не будет

Во сне видела женщину из моей прошлой жизни, которая говорила своему сыну неприятным тоном: «И что тебе дают пайку в обед? Прямо пайку?». Не помню, что ответил сын, я проснулась. Самое интересное, что к совершенно другой тете, но с точно таким же именем и фамилией, мне нужно было сегодня идти на двухчасовую встречу.

А пока, вышла себе из комнаты и иду по лестнице, встречаю Олесю Остапчук, с нашего семинара. Она клеит объявления на этажах. Поприветкались.
- О! Чё это ты клеишь? – я ей.
- На настолку зовём? – отвечает она.
- Это что такое?
- Да игра настольная.
- А! Класс! А сколько стоит?
- Да нисколько, вы что, - она со мной на «вы» всё.
- Да просто сейчас всё что-то стоит.
Помогла им, сказала девочкам на вахте, что Сергея Иваныча всё равно не будет в выходные, пусть бы клеили объяву внизу тоже, в воскресенье у них всё пройдёт уже. Все согласились. Ура, я маленький продюсер.

Иду дальше по улице. Мальчик стоит в военной форме. В камуфляже, с оружием, в каске. Я сразу за фотик. Чё-то такое настроение – общаться.
- Ух ты! Можно я тебя сфотаю, - а сама уже делаю это и он спокойно стоит, мама и тётя рядом улыбаются, - а что это у вас сегодня?
- Да ничего! Он просто так каждый день ходит, - спокойно отвечает мама.
- Ничёсе! – удивляюсь я и думаю, не надо ли мне тоже вооружаться.
 
Дети вон, на страже, какая война? Нее, никакой. Фото автора.
Смеюсь про себя, иду дальше, навстречу группа подростков, весёлые. Трое из них несут в руках три игрушки мягкие – коровы.
- А это вы куда коров несёте? – опять интересуюсь я, ну, жить же хочется, говорить, прорвало меня, наконец, ходишь по Москве, как мудак, молчишь, никого не знаешь.
- А это нам на празднике, вон, в парке дали! – весело отвечают они.
- Класс!
Вот так погрели друг друга словами-пушистиками и всё полегче стало.
 
Грустная тетя на первом плане, правда, ну, просто у неё коровы нет. Хотя, девочка тоже вышла - рёвой с коровой. Фото автора.
Иду мимо парка, а там шатры огромные раскрыты, народу – вал, чё-то делают, копошатся, музыка. Точно праздник. И дети со сцены поют «Мы – маленькие дети, нам хочется гулять!». Подумала, что-то давно мне в этом тексте было непонятное, какой-то диссонанс. Врубилась!  Что, большим нельзя гулять хотеть? Подпела, сфотала их тоже, дальше пошла.

Уже давно я записалась на 12 сентября на мастер-класс по режиссуре и сценарию короткого метра, и потом вдруг столько событий интересных и важных на этот день возникло, что ай-ай-ай. Вспомнила Артёма Кодзокова: «Пусть лучше будет хуже, чем так, как всегда!». Ой, это вроде Михаил Ефимыч сказал, но я-то слышала от Артёма. Короче, пришлось мне этот мастер-класс задвинуть в сторону пока. Выбрал другие три события, и везде, вроде, успевала.

Еду сначала на книжную выставку учебной литературы, в Высшей школе экономики, на Мясницкую, 20. Проехала до Пушкинской, перешла на Китай-город. Там, думаю, перейду на Лубянку, пройду немного и на Мясницкой. Почему-то запуталась и пошла, сама собой, не туда. У меня было минут пятьдесят до другой встречи. Но пока я плутала, время шло. Да ещё загляделась на дяденьку, ну, вылитый мой папа. Села на рыжую ветку, слышу, остановка «Третьяковская» следующая, сразу поняла, что на другую встречу мне нужна «Октябрьская», а это следующая остановка. Решила - «спасибо» выставке. Приеду к вечеру, она до 20 часов.

А еще на Пушкинской группа читала вслух Пушкина: "Товарищ, верь: взойдет она, звезда пленительного счастья, Россия вспрянет ото сна, и на обломках самовластья напишут наши имена!" Так громко, на всё метро чеканили. Здоровско!
 
Вот они, красавцы, читающие стихи Пушкина в метро. Фото автора.
Вышла на кольцевой Октябрьской. Здравствуй, Ленин, новый год. Ну, памятник там стоит, как выходишь, Ленину. Иду в сторону Ленинского проспекта. Подумала, что если от слова Ленинский убрать «–ский», будет очень даже ничего. Как будто он чьей-то Лены, этот проспект. Моей например, Хван. Короче, иду, всякую чушь собираю по дороге. Прошла институт МИСиС, стали и сплавов, что ли, а мне нужен горный институт.

Мне туда для чего? Я иду подстричься, в учебный центр. Рада я была туда идти потому еще, что моя дочь Лиза, учится в горном, в Екатеринбурге, вот я и рада-радёшенька. Вообще, как я и планировала, так я заблудилась. Но время было и там так клёво во дворах, похожих на Питер. Они такие большие и как колодцы. Так хотелось там петь, но как-то неловко. И вообще, мне, любительнице петь, пора уже выучить путём хоть одну песню. А то вот так и заорать нечего.

Короче кружила всё время вокруг места, и только, уйдя от него, и снова придя, но с другого конца (типа правильно), я нашлась. Ура! Но меня там не ждали. Во контора - Никонора! Мне опять пришлось агитировать «за Советскую власть», мол, подстригите меня. Уговорила, приняли. Еле успели за полтора часа. Но подстригли красиво. Уходя, порекомендовала им фильм «Парикмахерша» посмотреть и, блин, забыла дать шоколадку девочке, которая меня стригла.


Мадам! Между прочим, мадемуазель! А потом, все волосы за уши и побежала вперёд. Фото автора.
Бежала бегом на новый, третий адрес. Увидела снова военного в метро. Казака точнее. Крутой такой стоит. Бежала, особо не оценивала. И тут тоже, уже на Новокузнецкой, шла «через Пекин», в обход то есть. Можно было напрямую, но я заблудилась. Написала смс тренеру, что я опоздаю, но буду. Так, какому тренеру? На группу самопознания. Нашла  интересного руководителя. Не была там еще никогда, стало интересно. Вот это и была та женщина, точнее фамилию и имя её я видела во сне (писала вначале).

Зашла, нас было семь человек вместе с тренером. Я, без задних мыслей, по привычке, достала тетрадь и ручку, потому что работа у меня такая и фиксирую я лучше так, и запомнить могу, склеротик хренов! Но меня резко осадили (тренер), сказали, что мы тут ничего не пишем, но я не сдалась, говорю, а что такое, почему. Разрешили вроде.

Я начала, по мере представления правил группы, охреневать, а потом просто, чтобы опять не забыть записать имена людей, чтобы обращаться хоть к ним. С виду, наверное, я походила на лазутчика, который всё фиксирует. Или, для того, кто чего-то боится, опасностью? Это я сейчас предложила, потому что тренер не унималась, она опять, придавив меня авторитетом, спросила.

- А что вы пишите, позвольте, поинтересоваться?
- Да ничего особенного, вот например, мне понравился образ, который сказал участник А. - «стометровка с портфелем, полным песка». Мне так удобно - записать.
- А зачем вам? – опять наседала она властно.
- И что вам потом это пригодится, вы что, когда-то посмотрите это? – нагловато, на мой взгляд, предположил один из пришедших на группу.
- Да я учусь в Литературном даже, работа у меня такая, - начала было я.
- Я знаю, - сухо констатировала тренер, - или вы не хотите быть с нами и такой способ ухода, отстранения.

Потом я начала оправдываться, заволновалась, занервничала, быстро убрала записи и села, стала слушать. Сердце моё билось, меня трясло, но я держала себя. Мне было ужасно плохо. Больше всего на свете я хотела встать и уйти на хер с этого ёбаного занятия. Почему я должна сидеть и слушать, как люди говорят, что я не могу всего лишь писАть. Это - мой воздух!

Спасибо огромное тренеру, за то, что я еще раз поняла, что не умею себя защищать! Спокойно так, ровно. Голос у меня дрожал, когда они мне говорили, и я что-то быстро отвечала, невпопад. И почему я терпела их и часто терплю в жизни подобное, а потом срываюсь. Тут я перетерпела только потому, что, я дура, не хотела дать понять им, что я вот такая вот резкая, взяла и убежала, невротичка хренова.

Конечно, мне нужно было высказать всё, выреветься и пусть бы случился катарсис и обратка. Но мне показалось, что она того и ждала. И я трансформировала, сублимировала, рационализировала, но только не сделала то, что было нужно мне. Не хотелось на себя одеяло перетягивать, мало того, что опоздала, а это уж мы знаем, что означает - бессознательно хочет такой человек обратить на себя внимание. Я же, балда, просто захотела всё успеть в трех неизвестных точках, и не рассчитала сил. Но если бы я хотела обратить внимание, я бы не писала смс.

Я так давно не чувствовала обиду, а тут видимо обида у меня что ли была? Я пишу про Михаила Ефимыча, про всех тренеров КРОСС, про занятия. Уже четвёртый год я это делаю, да я только «за», я сама же буду эту тренершу защищать от всех, а она на меня наехала, да еще так по-фашистски, как мне показалось. Как-то я устала доказывать, что я нормальная и стою что-то в этой жизни. Ну, примите вы меня, пожалуйста. Что опять не так!

Короче, я была вынуждена сказать, что я молчала и дергалась все занятие, потому что у актрисы сорвалась смена съемочная. Это была правда, но это было не то, от чего мне было очень хреново. Да, у каждого свои правила, но тут, к тем правилам, что мы не должны общаться вне группы друг с другом, и через интернет, хотя, конечно, за всем не уследишь, да еще и сама тренер не поддерживает никаких личных и деловых отношений. И родным, и знакомым, и друзьям нельзя вместе на тренинг. Да, еще и писАть нельзя, как оказалось!

Я знаю других тренеров, которые не боялись пускать к себе на группы и с друзьями, и с родными. Я лично прошла с подругой тренинг, мы так и дружим, и она была рада, что мы были вместе. Да еще есть такие тренеры, которые дают игрушку в конце занятия, мягкую, как пушистик, и ты говоришь, о чем сейчас думаешь, за что и кому «спасибо». 

Тут же мы сидели, как на исповеди, и это понятно, в которой ты, не дай бог, сука, скажешь, что-то не так. Что это за опыты были на людях, и к чему это, я не поняла. Хорошо, что было двухчасовое бесплатное занятие, присматривались, так сказать. Но потом, с сентября по июль платить надо. И даже за занятие, которое ты не посетил. Типа, ты держишь место, чтобы его не заняли. «У всех сейчас так», - был аргумент тренера.

Я долго думала над происшедшим. А что если она права и я защищаюсь, ухожу? Но я поняла, что, когда не записываю, если мне нужно, я итак уйду мыслями, и еще скорее. Всё занятие я держала себя в руках и уговаривала: «Ты хотела быть актрисой, а сейчас вот сцена такая и реветь нельзя. Так, будь добра, соберись и не показывай людям своих слёз и сыграй её». Думаю, не фига, а я еще хотела написать про этого тренера, поделиться с людьми.

Парень, который сказал, что я возможно, потом не открываю конспект, он же не знает меня, я столько пролопачиваю, я пишу потом, на основании этих конспектов другое. Ещё про это работу буду писать. Я по-другому отношусь к написанию, подчёркиванию ситуации, записыванию мелочей, деталей. Это я еще разные пасты не доставала. В итоге, опять не защитила «своё дитя», отдала его на откуп строгим «родителям». Хотя, я-то шла к своим, я же открытая была. Это мой клуб, мои люди. Но, видимо, и среди них есть чужие.

Короче, я пулей вылетела оттуда после окончания. Плакать негде было и некогда уже. Я быстро «упала» на телефон, решила вопрос с актрисой и пошла к метро, увидела там девушку из группы, обрадовалась. Мы познакомились, поговорили, обменялись номерами телефонов, решили общаться, я коротко рассказала свою «боль», старалась конструктивно и почти без эмоций. Она говорит, что заметила мои переживания и что надо было высказаться. Ну, ничего, может я решусь отправить этот текст тренеру, а может и нет.
 
Красивое вот было здание, на входе и на выходе из этой "богодельни". Фото автора.
Потом я покатила, в небольшом раздрайве, на Мясницкую. У меня было еще сорок минут, могла и попасть на ярмарку, но она уже была закрыта. И я зашла в «Му-му» поблизости, поела, наконец-то, потрындела с людьми в очереди, мы поучились наливать капучино. А потом пешком пошла к Чеховской, опять поблудив, видно был такой день у меня. Но слова Артёма Кодзокова стояли у меня в голове: «Пусть лучше будет хуже…» Тем более, ну, что такого случилось, ну, забрали у меня что-то, но не на совсем же. Я-то вернулась к себе, а с этой девушкой-тренером больше никогда не увижусь.

Хорошо, что я шагала, злость вышла. Жаль было мастер-класса по режиссуре и времени, и прекрасного вечера, но это тоже мне зачем-то надо. Стала сильнее и умнее.

Вырулила на Тверскую, зашла в «Евросеть», убила там таракана, который полз по лестнице. Увидела консультанта, приятного парня и немного усталого, смеясь, начала разговор.

- А у вас там таракан!
- Не может быть!
- Вы знаете, у нас дома тоже тараканы. Но это не я его принесла.
- Здорово, - смеётся он.

И мы с ним отлично пообщались. Я поняла, какая разница между памятью жесткого диска и флеш-памятью, что такое дефрагментация, и почему я её теперь точно сделаю в старом компе . Я знала про неё, но не так чётко и ясно, как он рассказал. Увидела новый ноутбук ASUS, синий такой, легкий, аккуратненький. Потрогала его. Захотелось мне! И парень, кстати, такой, ничего. Дал свой сотовый. Договорились пообщаться ещё. По компу.

Ой, забыла казака-то вам показать, того, из метро, когда шла на группу. Вот он. Фото автора
Потом зашла в «Елисеевский». Магазин-музей, я его называю. Купила творогу и семечек. Было уже поздно, а я нигде их уже не куплю. И хотя, там всегда иностранцев больше, чем русских, и я рисковала потратить нехилую сумму, я нашла там много недорогих вещей. Хотя, всё равно, конечно, он дорогой, собака. Но красивый. И кассирши приятные всегда. Да и потратила я сто рублей всего.


А на остановке, у метро «Чеховская», пока я ждала моего троллейбуса, опять стоял парень в форме, похожей на ту, что была у американцев во Вьетнаме или где там они были. Чё за хрень. Не хочу я войны. У меня войны не будет. Мир! И потом я села на троллейбус и поехала домой. И пока никого в троллейбусе, кроме меня и водителя не было, пела громко песню Эдиты Пьехи: «И будет вечер белым-белым, с нитями звёздных рек там, где рисует белым мелом на тротуарах снег».